Рабство и крепостничество

В марксистской исторической науке нет сейчас полного единства взглядов по вопросу о том, какие классовые формации существовали до капитализма. Наиболее распространенным является взгляд, согласно которому между первобытным обществом и капитализмом существовали два способа производства — рабовладельческий и феодальный и две формы эксплуатации — рабство и крепостничество.

Есть и другая точка зрения, которая подвергает сомнению сам факт существования рабовладельческого способа производства и выдвигает идею «вечного феодализма» или вообще единой докапиталистической формации. Некоторые же обществоведы, придерживаясь буквально текста работ К. Маркса, отстаивают наличие азиатского, античного и феодального способов производства.

При этом под азиатским способом производства имеется в виду экономика, основанная на эксплуатации самостоятельных мелких общин государством типа «восточного деспотизма». Не вдаваясь в детали, отметим, что у каждой из этих позиций есть свои «за» и «против». Но какую бы модель развития ни выбрать, нельзя не признать, что между выросшими за рамки первобытности докапиталистическими способами производства имеется много общего. Все они основаны на техническом базисе ручного труда, являются аграрными по преобладающей в них экономической деятельности, ориентированы на производство для потребления, используют внеэкономическое принуждение как средство эксплуатации, присвоения чужого труда и его продуктов. Поэтому в них господствуют отношения личной зависимости; широко, хотя и в различных пропорциях, представлены натуральное хозяйство и простое товарное производство.

Названные экономические параметры определенным образом направляют деятельность людей. Ориентация производства на удовлетворение потребностей делает именно вещное богатство предметом вожделения. Даже деньги копились в форме натуральной, вещественной — золото, серебро. Ценится торговля — обмен товарами, а ростовщичество считается самым низменным занятием. «Размеры желудка феодала», как образно заметил Маркс, определяют масштабы эксплуатации.

Эксплуатация при рабстве и крепостничестве принимает весьма  жестокие  формы прямого  насилия,  непосредственного господства. Для рабовладельца раб — такое же средство труда, как вещи или животные: Аристотель называл раба «говорящим орудием». Раб в труде практически не заинтересован. Поэтому рабовладелец должен принуждать его к труду. Для феодала крестьянин — придаток к земле, необходимый для ее обработки. Правда, последний может иметь свои средства труда и клочок земли. Но и крестьянина нужно было принуждать либо к работе на помещичьем поле, либо к тому, чтобы он отдавал феодалу часть произведенного им продукта.

Эксплуатация и в этом ее противоречивая историческая роль,— делая труд более напряженным и интенсивным, вместе с тем позволяет освободить от труда в материальном производстве часть членов общества, создает материальную базу для отделения умственного труда от физического. А такое отделение представляло на том уровне производства необходимую основу для прогресса культуры, духовной жизни, духовного производства. Другим видом общественного разделения труда было отделение ремесла от земледелия, города от деревни. Образование городов как центров ремесла, торговли, политической жизни и культуры явилось важным условием и фактором дальнейшего прогресса производительных сил.

Таким образом, закон соответствия действует с объективной необходимостью: новые производственные отношения открывают более широкий простор для развития производительных сил, обеспечивают их прогресс, хотя и в весьма противоречивых, антагонистических формах. Во всех докапиталистических обществах, конечно, происходили существенные изменения и в производительных силах, и в производственных отношениях, например одомашнивание животных, появление колеса, паруса, переход от каменных орудий к металлическим, особенно железным, общественное разделение труда, возникновение городов, развитие различных форм частной собственности, переход от рабовладения к феодализму и т. д.

И все-таки развитие производительных сил за весь докапиталистический период существования человечества не вышло за определенные границы, налагаемые тем обстоятельством, что используемые средства труда могли приводиться в действие отдельными людьми. Для теоретического осмысления этого обстоятельства важно ввести различие понятий «характер» и «уровень развития» производительных сил. Характер последних зависит от качества средств труда и может быть частным или общественным.

Производительные силы носят частный характер, если они представлены средствами труда индивидуального пользования, орудиями ручного труда. Конечно, в ходе развития они совершенствуются, их использование может обеспечивать менее или более высокую производительность труда, то есть уровень их развития количественно меняется, но их качественная определенность сохраняется. Частные по своему характеру производительные силы, основанные на консервативном техническом базисе простых орудий ручного труда, типичны для всех докапиталистических формаций, начиная с первобытной и кончая феодальной, и определяют не только производственные отношения, но и многие другие характеристики этих обществ.

Производительные силы носят общественный характер, если используемые средства труда предполагают объединение людей, являются средствами труда коллективного пользования. Такой характер производительные силы принимают с появлением машинного производства.

Нам могут возразить: ведь кооперация труда была и в древних обществах. Достаточно вспомнить строительство пирамид, Великой Китайской стены, больших оросительных систем, наконец, первобытный коллектив как первую в истории производительную силу. Важно иметь в виду, что ручные орудия вовсе не исключают кооперации усилий, в том числе и на самых ранних ступенях развития человека. Но необходимость объединения людей для совместного труда объясняется здесь или слабостью человека перед силами природы, как это было первоначально, или объемом работ, непосильных для отдельных людей, или потребностями разделения труда, как это имеет место в мануфактуре. И лишь на базе машинной техники кооперация людей становится технологической потребностью самих средств труда.

 88