Ускорение ритма истории

Другая важнейшая особенность социального прогресса — возрастание его темпов, или, по образному выражению советского ученого Б. Ф. Поршнева, «ускорение ритма истории», которое придает особую динамичность и стремительность поступательному развитию общества в современную эпоху в ее сопоставлении с прошлыми. Скорость и радикальность социального обновления — результат возрастания роли народных масс в истории, их творческой революционно-созидательной активности. «Основная причина этого громадного ускорения мирового развития,— подчеркивал В. И. Ленин, имея в виду современную ему эпоху,— есть вовлечение в него новых сотен и сотен миллионов людей».

А ведь такого количества людей просто физически не существовало в древности. Согласно демографическим данным, в неолите население всего земного шара едва ли превышало 25 млн человек, оно достигло 250 млн к началу нашей эры и миллиарда — в начале XIX века. Ныне же на земном шаре живет более 5 млрд человек. Население лишь одной нашей страны превышает по численности все человечество в начале нашей эры, а Китая — все человечество в 1800 году.

Причина «ускорения ритма истории», конечно, не сводится лишь к увеличению численности мирового населения. Численность населения должна быть умножена на его активную вовлеченность в историческую деятельность, на его образованность, производительность труда, на политическую сознательность. И в этом отношении современная эпоха также не имеет себе равных в истории.

Ускорение социального прогресса — это кумулятивное следствие, слагаемое многих объективных факторов, действующих в истории: наряду с возрастанием роли народных масс и демократизацией общественной жизни они включают в себя раскрепощение личности и увеличение ее свободы, накопление научных знаний и рост технического могущества человека по отношению к природе, вовлечение все более широкого круга народов в международное общение и обмен результатами своей деятельности, интернационализацию социально-экономических, политических и культурных процессов.

По насыщенности политическими событиями и социальными преобразованиями, экономическими переменами и технологическими нововведениями, по интенсивности международного обмена деятельностью в сфере науки и культуры каждый год на исходе XX века смело может быть приравнен к десятилетию в XIX веке, к столетию в средневековье и в античности, к тысячелетию в глубокой древности. В этом уплотнении исторического времени, в сопоставлении с его хронологическими рамками, то есть в «ускорении ритма истории», с очевидностью проявляется стремительное возрастание темпов социального прогресса в ходе поступательного развития цивилизации на нашей планете.

Благодаря этому ускорению социального прогресса мир уже в первой четверти следующего столетия будет еще более разительно отличаться от того, в котором мы сейчас живем, чем наш мир отличается от того, каким он был еще в начале XX века, а последний — от средневековья. В предстоящие 20 — 30 лет, как мы вправе ожидать, будет сделано больше научных открытий и технических изобретений, произойдет больше социальных преобразований и экономических перемен, значительных политических событий и изменений в сфере культуры, чем их было за предшествовавшее нашему столетие.

 370