Техника и техническая деятельность

Хотя наше время по праву называют веком техники и эпохой научно-технического прогресса, не все отдают себе полный отчет в том, что представляет собой техника и какова ее глубинная роль не только в создании материальных благ и искусственной среды обитания, особой техносферы, в которой живет современный человек, но и в формировании мышления, культуры, мировоззрения.

Термин «техника» происходит от греческого «techne» — понятия, родственного нашим понятиям «искусство», «навык», «умение». Оно двойственно по своему смыслу.

Техника в первом смысле — это совокупность различных устройств, созданных человеком (машин, инструментов, строений, транспортных средств и т. п.), предназначенных для создания различных веществ, энергии и информации, их преобразования, хранения и использования в целях развития производства и удовлетворения различных непроизводственных потребностей.

Техника в этом смысле может выступать и как средство производства, и как его конечный продукт — результат производительной деятельности людей. Она поэтому составляет важнейший элемент производительных сил, определяющих в конечном счете характер и содержание способа производства. Техника во втором смысле представляет собой совокупность различных навыков, устойчивых образцов деятельности, особого рода умений. Примером этого рода может служить техника рисования, балетная техника, техника программирования и т. д. Оба смысла понятия «техника» тесно связаны и вырастают из одного корня. Те или иные устройства, созданные человеком — артефакты,— могут практически применяться для соответствующих целей лишь при наличии определенного уровня профессиональных умений.

И наоборот, навыки, профессиональная подготовка и умения определяются и ограничиваются соответствующим типом и уровнем развития артефактов и, в свою очередь, содействуют или препятствуют их совершенствованию. Таким образом, в самой сердцевине технической деятельности заложено диалектическое единство между материальными артефактами, с одной стороны, и навыками, умениями, стандартами деятельности и соответствующими техническими знаниями — с другой.

Техническая деятельность, особенно в условиях НТР, носит сложный, противоречивый характер, в значительной степени обусловленный противоречивостью, внутренней диалектичностью самих артефактов. Эта противоречивость заметна даже в самых простых и исторически первых орудиях труда. Каменные зубила, скребок, костяная игла, деревянная палица, копье и т. д., с одной стороны, приспособлены к взаимодействию с внешним миром, с определенными природными объектами: обтесыванию камня, сшиванию шкур диких животных, с необходимостью пронзить бегущую дичь, свалить ударом противника и др. С другой стороны, они учитывают физиологические и психологические особенности человека: они приспособлены к человеческой руке, человеческому глазомеру, к передвижению на задних конечностях, к групповой коллективной деятельности, к разделению труда и т. д. Как бы далеко современные космические корабли, компьютеры и лазерные приборы ни ушли от первобытных орудий труда, они также несут на себе, точнее, включают в себя печать изначальной диалектической двойственности: учет свойств природных объектов и материальной среды, в которой они действуют и которую преобразуют, и учет нейрофизиологических и психологических, социальных и культурных особенностей человека.

Соотношение этих двух сторон исторически изменяется, и сегодня в условиях НТР, человек все в большей мере передает артефактам функции, которые раньше он выполнял сам. Современная техника не просто является «продолжением» руки человека, многократным «усилителем» его мускульной энергии, но и средством, позволяющим выполнять с помощью компьютеров целый ряд интеллектуальных, прежде всего вычислительных, операций.

Вместе с тем благодаря возможностям, связанным с автоматизацией самых разнообразных производственных процессов и передачей ряда рутинных интеллектуальных действий компьютерам, человек освобождается для осуществления специфически человеческой, творческой, конструктивной и проективной деятельности.

Техническая деятельность изначально связана с преобразованием самих артефактов. Человек не находит эти артефакты готовыми в природе, он создает их, но по особым законам — законам технической деятельности, то есть законам преобразования одних предметов, видов энергии и информации в другие, в соответствии с заранее поставленной целью. Чем сложнее цели, чем больше преобразований требуется для их достижения, тем выше уровень проектов, охватывающих как эти артефакты, так и процесс их создания и использования. Осуществление этих проектов требует развития конструктивных способностей и особой конструктивной деятельности.

Таким образом, развитие техники и технической деятельности, с одной стороны, совершается под сильным воздействием творческой, конструктивной и проективной деятельности человека, а с другой стороны, служит ее объективной основой. Именно благодаря этому труд в исторической перспективе должен перестать быть проклятьем, тяжелой и изнурительной деятельностью по добыванию хлеба «в поте лица своего», но должен, по словам К. Маркса, превратиться в игру физических и духовных сил, в которой будут осуществляться высшие творческие потребности и духовные возможности человека.

Значение техники и технической деятельности не сводится лишь к тому, что они составляют ядро производительных сил общества и выступают как механизм преобразования предметной среды, в которой живет человек. Опосредованно, через систему общественных отношений, они влияют на весь образ жизни и мировоззрение человека, причем это влияние многообразно и отнюдь не может быть оценено однозначно.

Так, в современной западной философии существуют разные, по-видимости противоположные, концепции техники. Одна из них, получившая название концепции «технологического детерминизма», считает технику и технологию решающими факторами развития человечества. Политика, искусство, наука и культура оказываются целиком подчиненными механизму научно-технического прогресса. Вся власть в такой технологизированной цивилизации сосредоточивается в руках технической элиты — технократии. Другая концепция — антитехницизм — выступает как прямой антипод первой.

Антитехницизм рассматривает технику, техническую деятельность как злого демона, созданного человеком и подчинившего себе своего создателя. Антигуманизм, нивелировка личности, одиночество людей, безработица, создание примитивной массовой культуры — все это, с точки зрения антитехницистов,— результат непомерного развития техники. В многочисленных философских эссе и произведениях научной фантастики представители антитехницизма рисуют чудовищные картины подчинения человека роботам и наступления эры чисто технической цивилизации. Поэтому рецепт антитехницизма состоит в возврате «к естественному образу жизни», к альтернативному, по существу ремесленному, способу производства, к отказу от научно-технического прогресса, к бегству из современной городской промышленной цивилизации на лоно природы.

Обе концепции, при всей их видимой противоположности друг другу, имеют общую философскую предпосылку — признание неразрешимости противоречия между человеком с его притязаниями на свободу и неповторимую индивидуальность, с одной стороны, и техникой и технологией, уничтожающими индивидуальность, свободу и независимость,— с другой.

Следует отметить, что в этих концепциях в какой-то мере отражается реальная противоречивость складывающихся соотношений между человеком и обществом, с одной стороны, и современными техническими и технологическими средствами — с другой. Непрестанно расширяя спектр возможностей человека, развитие техники в то же время ставит перед людьми много новых, порой неожиданных и весьма сложных проблем. Современная техника и технология требует в высшей степени ответственного отношения к себе и сознательной дисциплины ото всех тех, кто ее проектирует, разрабатывает и использует.

Наряду с этим все более важное значение приобретают проблемы, связанные с выбором направлений развития техники и технологии. Признание полной и однозначной зависимости всей социальной и духовно-культурной жизни от уровня техники и характера технической деятельности, свойственное и сторонникам технологического детерминизма, и антитехницистам, нередко находит выражение в так называемом «технологическом императиве», согласно которому все, что является технически возможным, находит свое практическое воплощение. Развитие техники с этой точки зрения осуществляется совершенно независимо от человеческих идеалов и ценностей. Реально, однако, эти взаимоотношения являются намного более сложными, и на современном витке научно-технического прогресса наиболее прогрессивные технологии разрабатываются с сознательным учетом экологических и гуманистических требований.

Материалистическое понимание общества исходит из признания исторически меняющегося, сложного, противоречивого взаимодействия техники с социальными структурами и культурой. Так, развитие машинной индустрии делает возможным промышленный капитализм, но капиталистический способ производства и складывающиеся на его основе общественные отношения, и в особенности частная собственность, в свою очередь, задают определенный тип технической деятельности, оказывают обратное воздействие на отношения человека и техники. В этом и проявляется подлинная диалектика процесса. Отчуждение человека от техники и противостояние ей есть продукт определенных преходящих исторических условий, и это отражается во внутренней противоречивости и неоднородности культуры.

Сказанное имеет прямое отношение к тому социальному и культурному контексту, в котором развивается техника в нашем обществе. Противостояние технократизма и антитехницизма, хотя, как правило, они и не получают развернутого обоснования и отчетливого выражения, является достаточно ощутимой реальностью в современной общественной жизни ряда социалистических стран, включая и нашу. Настроения антитехницизма формируются как реакция на имевшие место серьезные технократические перекосы, когда развитие техники и экономики подчас выступало как самоцель, когда принимались и осуществлялись такие технические и технологические проекты, которые шли вразрез с интересами людей, с их здоровьем и благополучием. Однако такие антитехницистские настроения нельзя признать адекватной реакцией. Дальнейшее — и притом ускоренное — развитие техники является необходимой стороной общественного развития, без него невозможно достижение такого качества и уровня жизни, которое было бы достойно человека социалистического общества. Более того, только на базе развития новых технологий можно рассчитывать на преодоление и выправление тех деформаций, к которым привела технократическая направленность в развитии производительных сил общества.

На протяжении тысячелетий, создавая необходимые материальные блага и искусственную среду обитания человека, техника в качестве своих негативных последствий приводила к разрушению естественной среды обитания и к дегуманизации труда, особенно в условиях капитализма. Однако эта же техника в новых общественных условиях может и должна служить базой для гуманизации технической деятельности, для использования современных наукоемких технологий в качестве средства реабилитации и сохранения естественной среды и освобождения человека от тяжелого рутинного, нетворческого труда.

Быстрое развитие информационной технологии открывает невиданные возможности гигантского повышения интеллектуального потенциала для каждого человека и овладения такими навыками, которые раньше были доступны лишь немногим. В этом коренится возможность совсем иначе вписать технику в социально-культурный контекст, видоизменить само содержание технологии, соединить профессиональное, технологизированное мастерство с индивидуальным творчеством, гармонизировать  и  гуманизировать  научно-технический  прогресс.